a_g_popov (a_g_popov) wrote,
a_g_popov
a_g_popov

Categories:

Алексей Ганин (1893 - 1925)



Ганин Алексей Алексеевич
[28 июля (9 августа) 1893, д. Коншино Вологодской губернии —30 марта 1925, Москва]

ПРЕДУТРИЕ

Ушла слепая Ночь, а День еще далеко,
Еще блуждают сны и не родился звон.
Роятся лики звезд в молочной мгле востока,
Звезда зовет зарю взойти на небосклон,
С небес из чьих-то глаз роса, пахучей меда,
Струится в синь травы, чтоб грезил мотылек.
Цветы ведут молву про красный час восхода,
Целуется во ржи с колосьем василек.
На туче золотой застыли Серафимы,
И песнь, как тишина, плывет из красных гнезд.
Багрян костер зари... И в голубые дымы
Оделася земля, проникнув к тайнам звезд.
По скатам и холмам горбатые деревни,
Впивая тишину, уходят в глубь веков.
Разросся темный лес, стоит, как витязь древний,
В бровях седые мхи и клочья облаков.
Раскрылись под землей заклятые ворота,
Пропел из глубины предсолнечный петух,
И лебедем туман поднялся от болота,
Чтоб в красное гнездо снести свой белый пух.
Немы уста небес. Земля вздыхает кротко.
Взмахнула где-то Ночь невидимым крылом.
И ласковый ручей, перебирая четки,
Поет, молясь судьбе, серебряный псалом.
И будто жизни нет, – но трепет жизни всюду.
Распался круг времен, и сны времен сбылись.
Рождается Рассвет, – и близко, близко чудо:
Как лист – падет звезда, и солнцем станет лист.

Алексей Ганин родился в деревне Коншино (Вологодская губерния) в крестьянской многодетной семье (пять сестёр и два брата); окончил в Вологде гимназию и медицинское училище. Печататься начал примерно с 1912 года. Летом 1914-го был мобилизован, проходил службу в Николаевском военном госпитале; в 1916-м знакомится с С. Есениным, Н. Клюевым, П. Карповым.

В 1918 году добровольно вступает в Красную Армию. С 1922 года жил в Москве, издал несколько сборников, последний из которых — «Былинное поле» (1924 г.).

Осенью 1924 года арестован «за принадлежность к “Ордену русских фашистов”»...( Название дано в ОГПУ. Вот состав «Ордена»: братья Пётр и Николай Чекрыгины, литераторы, из мещан, 23-х и 22-х лет; Виктор Дворяшкин, сын сельского священника; Владимир Галанов, литератор, сын чиновника из г. Петракова; Григорий Никитин, крестьянин Пензенской губернии, литератор; Александр Кудрявцев, крестьянин Костромской губернии; Александр Потеряхин, крестьянин Нижегородской губернии, литератор; Кротков Михаил, бывший дворянин, юрист; Сергей Головин, профессор, 58 лет; Борис Глубоковский, 30 лет, журналист; Иван Колобов, тульский мещанин; Тимофей Сахно, крестьянин Черниговской губернии; Евгений Заугольников, 22-х лет, крестьянин из местечка Барановичи; Алексей Ганин, 32-х лет, крестьянин, поэт (глава этих «русских фашистов»).

Основанием для расстрельного приговора стала работа Алексея Алексеевича Ганина «Мир и свободный труд — народам».

Реабилитирован в 1966 году.

Первое посмертное издание «Стихотворения. Поэмы. Роман» вышло в 1991 году (Архангельск).

***

Спустился Ангел смуглолицый
От семицветных райских врат
В долины мук к лесной божнице
О чём-то тайном погадать.

Вдали тоскующую просинь
Окутал бархатом полы
И разбросал по сучьям сосен
Охапки предвечерней мглы.

Пожаром золотым расправил
Шесть крыл на даль закатных стран,
Озёрным вздохом закудрявил
На пожнях розовый туман.

Заворожил по плёсу речки
Молочных чаек синий крик,
Горящий воск незримой свечки
Накапал на небесный лик.

Пошёл по сизым косогорам,
Занёс в избенки райский сказ.
И не заметил в тихом горе,
Как золотой пожар угас.

И, васильковый сон сплетая,
По морю задремавшей ржи
Хотел умчаться снова к раю,
Но умер на цветах межи.



***

Гонимый совестью незримой
За чью-то скорбь и тайный грех,
К тебе пришел я, край родимый,
Чтоб полюбить, прощая всех.

В твоих полях, в твоём покое,
В шелковых мхах твоих ланит
От Зла и каменного воя
Я думал сердце схоронить.

Я думал бред души неверной
Стряхнуть в безвременной поре
И за лесной твоей вечерней
Молиться радостной Заре.

Украдкой выгоревать стоны
Под синью звёздного шатра
И расплеснуться красным звоном
В твои певучие ветра.

Но кто-то дико заглумился
Над сном и сказкой вековой,
И новым перстнем обручился
Я с той же скорбью полевой.

Опять над Русью тяготеет
Усобиц княжичий недуг,
Опять татарской былью веет
От расписных, узорных дуг.

И мнится: где-то за горами,
В глуби степей, как и тогда,
Под золочёными шатрами
Пирует ханская орда.

Опять по Волге, буйно-красен,
Обнявшись с пленною княжной,
В узорных челнах Стенька Разин
Гуляет с вольной голытьбой.

И широко по скатам пашен,
Разнёсшись в кличе боевом,
И днём и ночью грозно пляшут
Огонь и Смерть в краю родном.

А по лесам, где пряхи Ночи
Сплетали звёздной пряжей сны,
Сверкают пламенные очи
И бич глухого Сатаны.

Умолкли песни голубые,
И с травяной твоей спины
Сорвали ризы парчевые
Твои неверные сыны.

И ты исстёганные руки
Возносишь к правде неземной,
И злей смеётся крестной муке
И добрый друг, и недруг злой.

Неотвратимо роковое
В тебе гнетёт твоих сынов,
Но чует сердце огневое:
Ты станешь сказкой для веков.



***

Кто-то тихо пропел за полями,
Промелькнул у реки в камышах,
И, как прежде, взмахнула крылами,
Зоревыми крылами душа.

Кто рабу на певучей вершине
Повелел, как огню, вострубить
В ухо вербы и вечности синей
Безымянную песню судьбы?

Вон на рожь и на серые камни,
В крыльях ветру, на дрему воды
Опрокинулось Солнце руками
Целовать золотые следы.

И опять от Заката к Востоку,
Оглашая Восток и Закат,
И лучи, и ручьи, и потоки
По холмам и оврагам журчат.

Как в венчальных одеждах невеста,
Раскидалась цветами земля,
И, встревоженный радостной вестью,
Я ушёл в голубые поля.

И на зов мой веселье вернулось
Из-за рек, из-за тёмных лесов.
И на солнце любовь улыбнулась,
И на сердце распелась любовь.

Не Тебя ль по лазурному перстню,
По горящим губам узнаю?
Ах, прими, обойми мою песню
И воскресшую душу мою.

Пусть не вечно веселье земное.
Обманулся, кто радостью пьян.
И растает в полуденном зное
Всё, как сон, как вечерний туман.

Знаю, ждёт седовласое Время.
И опять над верхушками гор
Пронесётся губящее стремя
И взмахнётся ревнивый топор.

Будет пусть. Перед рощей кудрявой
Над безлетьем мелькающих лет,
Осенённый бессмертьем и славой,
Я целую Твой ласковый след.

Переливами песенной бури
Откликаясь на песни морей,
Звёздной рожью по звонкой лазури
За Тобою уйду на заре.
http://studia-vasin.ru/chitaem-antologiyu-russkogo-lirizma-xx-vek-xm-arkhiv-xm/112-chitaem-antologiyu-russkogo-lirizma-khkh-vek/1223-aleksej-alekseevich-ganin.html



Алексей Ганин получил образовние в двуклассном земском училище в селе Усть-Кубенское и городской гимназии в Вологде. Далее он учился в Вологодском фельдшерско-акушерском училище (1911—1914). Первые свои стихи Ганин опубликовал в вологодской газете «Эхо» (1913). В 1914 году поэт пошёл в армию и получил назначение в Николаевский военный госпиталь в Петербурге. В 1916 году он познакомиля с Сергеем Есениным, служившим в госпитале Царского села. Летом 1917 г. вместе с Сергеем Есениным и Зинаидой Райх Ганин совершил поездку на родину в Вологду и в Соловки. Во время той поездки произошло венчание Есенина с Райх. По разным данным это произошло или в Соловках или в Кирико-Иулитской церкви неподалеку от Вологды. Ганин выступил свидетелем со стороны невесты, в которую сам был влюблен. Ей он посвятил написанное в Соловках стихотворение «Русалка», в котором признается в неразделенной любви к героине, выбравшей «разбойника кудрявых полей» — его друга Сергея Есенина.

В 1917 г. Ганин вместе с Николаем Клюевым, Сергеем Есениным и Орешиным публиковался в альманахе левоэсеровской ориентации «Скифы». В 1918 г. поэт познакомился с Александром Блоком. В том же году вступает в Красную Армию. Служит фельдшером. В 1920 г. публикуется в имажинистском сборнике «Конница бурь». В 1920-21 гг. Ганин издает в Вологде миниатюрным изданием поэму «Звездный корабль».

В 1923 г. Ганин переехал в Москву, где участвовал в поэтических вечерах, посещал литературные кафе, жил у знакомых поэтов, а иногда ночевал на улице. У него практически никогда не было денег, тем не менее ему удалость выпустить 11 сборников, изготовленных литографическим способом. В 1924 году в Москве вышла его первая книга «Былинное поле». По своей направленности творчество Ганина было близко к творчеству новокрестьянских поэтов.

Понимание антирусской сущности большевистского режима и вера в национальное возрождение России были особенно сильны среди крестьян, которые стали первыми жертвами большевитского массового террора. Уже в первые годы Советской власти это привело к тому, что выходцы из крестьянской среды начали формулировать национальные задачи России. Алексей Ганин, будучи рождённым в крестьянской семье, не мог оставаться равнодушным к тому, что происходило с Россией и Русским народом. В это время он создает ряд произведений, направленных (в иносказательной форме) против сил, угрожающих России, и в первую очередь крестьянству («России», 1918; поэмы «Сарай», 1917, «Былинное поле», 1917-23). Сложным раздумьям о дальнейшем пути крестьянства в трудной и опасной для него исторической обстановке посвящает он своеобразный роман-притчу «Завтра» (1923).

В начале 1920-х годов он с группой единомышленников создал программу спасения России от ига еврейского интернационала, где выдвинул идею Великого Земского Собора, воссоздания национального государства и очищения страны от поработивших ее захватчиков. Ганин написал антибольшевистские «Тезисы», в сериале названном «Манифест русских националистов».

Осенью 1924 г. Алексея Ганина арестовали по обвинению в принадлежности к «Ордену русских фашистов».

Существует версия того, что дело «Ордена русских фашистов» было сфабриковано по сценарию Дзержинского, Менжинского, Блюмкина, Лациса, Петерса, Агранова, Ягоды (Иегуды) и других руководителей ГПУ.

2 ноября 1924 г. Ганин был арестован в Москве. Ему в карман пальто были подложены листки с «Тезисами манифеста русских националистов» [1]. Ганин был назван руководителем организации. «Тезисы» были сразу же переданы в руки Генриха Ягода, допрос проводил Абрам Славатинский. Было сфальсифицировано дело «Ордена русских фашистов», по которому привлекли:
Ганина
Петра Чекрыгина, 23 лет, поэта
Николая Чекрыгина, 22 лет, поэта
Виктора Дворяшина, 27 лет, поэта и художника
Владимира Галанова, 29 лет, поэта
Григория Никитина, 30 лет, поэта
Александра Кудрявцева, 39 лет, наборщика
Александровича-Потеряхина, 32 лет, литератора
Михаила Кроткова, 44 лет, юриста
Сергея Селивановича Головина, 58 лет, врача
Бориса Глубоковского, 30 лет, артиста, литератора, режиссера
Ивана Колобова, 37 лет
Тимофея Сахно, 31 года, врача
Евгения Заугольникова, 22 лет.

Все обвиняемые не только не состояли в выдуманном «Ордене», но и большинство их друг друга никогда в глаза не видели. В обвинительном заключении не был назван ни один факт нарушения закона или какого-либо преступления. В процессе расследования «дела» двое арестованных потеряли рассудок. Алексею Ганину провели судебно-психиатрическую экспертизу, признавшую его невменяемым, то есть не отвечающим в уголовном порядке ни за какое преступление. Попытка выдать текст тезисов за фрагмент задуманного романа (списав тем самым криминал на счет отрицательного героя — «классового врага») не удалась.

Секретарь Президиума ВЦИК СССР Енукидзе 27 марта 1925 г. единолично принял решение на внесудебный приговор, разрешив коллегии ОГПУ расправиться с «фашистами»:

"Считая следствие по настоящему делу законченным и находя, что в силу некоторых обстоятельств передать дело для гласного разбирательства в суд невозможно — полагал бы: «Войти с ходатайством в Президиум ВЦИК СССР о вынесении по делу Ганина А. А. внесудебного приговора».

По приказу В. Менжинского, Г. Бокия (одного из организаторов концлагерей) и Я. Петерса были расстреляны: Ганин, братья Чекрыгины, Дворяшин, Галанов и Кротков. Глубоковскому и Александровичу-Потеряхину дали 10 лет Соловков. Судьба остальных неизвестна.

Алексей Ганин был расстрелян в подвалах Лубянки после жестоких пыток, которыми руководил начальник седьмого отдела СО ОГПЦ Абрам Славотинский. Прах Ганина погребён на территории Яузской больницы.

Так описывает события казни русского поэта его двоюродный внук Евгений:

«По рассказам моей бабушки Анны — Алексей Алексеевич Ганин — вологодский поэт, ближайший друг Сергея Есения, сын двоюродного брата моего деда, — был расстрелян большевиками-интернационалистами 30 марта 1925 года в Бутырской тюрьме в день своих именин, почитаемый как день Святого Алексея — Божьего человека. Вместе с ним были расстреляны семь молодых русских поэтов, верных Православию . Алексей Ганин принял смерть в возрасте Христа. Прах его погребён на территории Яузской больницы.»

I

Русалка — зеленые косы,
Не бойся испуганных глаз,
На сером оглохшем утесе
Продли нецелованный час.


Я понял,— мне сердце пророчит,
Что сгинут за сказками сны,
Пройдут синеглазые Ночи,
Уснут златокудрые Дни.

И снова уйдешь ты далече,
В лазурное море уйдешь,
И память о северной встрече
По белой волне расплеснешь.

Одежды из солнечной пряжи
Истлеют на крыльях зари,
И солнце лица не покажет
За горбом щербатой горы.

II

Косматым лесным чудотворцем
С печальной луной в бороде
Пойду я и звездные кольца
Рассыплю по черной воде.

Из сердца свирель золотую
Я выкую в синей тоске
И песнь про тебя забытую
Сплету на холодном песке.

И буду пред небом и морем
Сосновые руки вздымать,
Маяком зажгу мое горе
И бурями-песнями звать.

Замутится небо играя,
И песню повторит вода,
Но ветер шепнет умирая:
Она не придет никогда.

III

Она далеко,— не услышит,
Услышит,— забудет скорей;
Ей сказками на сердце дышит
Разбойник с кудрявых полей.

Он чешет ей влажные косы -
И в море стихает гроза,
И негой из синего плеса,
Как солнце, заискрят глаза.

Лицо ее тихо и ясно,
Что друг ее, ласковей струй,
И песней о вечере красном
Сжигает в губах поцелуй.

Ей снится в заоблачном дыме
Поля и расцвеченный круг,
И рыбы смыкают над ними
Серебряный, песенный круг.

IV

И снова горящие звуки
Я брошу на бездны морей.
И в камень от боли и муки
Моя превратится свирель.

Луна упадет, разобьется.
Смешаются дни и года,
И тихо на море качнется
Туманом седым борода.

Под небо мой радужный пояс
Взовьется с полярных снегов,
И снова, от холода кроясь,
Я лягу у диких холмов.

Шумя протечет по порогам,
Последним потоком слеза,
Корнями врастут мои ноги,
Покроются мхами глаза.

Не вспенится звездное эхо
Над мертвою зыбью пустынь,
И вечно без песен и смеха
Я буду один и один.

http://russianpoetry.ru/blogs/novokrestjanskie-krestjanskie-poyety-serebrjanogo-veka-rokovye-sudby/aleksei-aleksevich-ganin.html


Первые Ганинские чтения. Слева направо: В.Соболев, Н. Фокин, сестра Ганина Елена Алексеевна, В. Белков, А. Швецов и Г. Швецова с дочерью Олей. Из личного архива Г. Н. Швецовой.

У косогора

Сегодня целый день я пил Твое дыханье,
Я — радостный гусляр таинственного сна.
И дивно было мне в бреду очарований
твердить священное — Весна.

В ответ на лепет мой река взыграла пеной,
с зеленого холма откликнулся родник;
и золотом текли блуждающие тени,
и радовался День. И первый цвет возник.

О имени Твоем сегодня Вечность спряла
в душе моей любви Тебе крылатый стих;
и слушал разум мой, и сердце повторяло
узорную молву влюбленных губ моих.

И слушали леса. И хвойными глазами,
закинув шлем, глядели в небеса,
как жаворонок вил певучими крылами
певучее гнездо у тучи в волосах.

Все ждет Твоих чудес. Незримое обличье
яви скорей Земле, оденься в плоть и кровь.
Да будет весела земля в веселье птичьем,
в цветах произрастив зеленую любовь.

Да снидет на поля Твой голос ароматом,
чтоб корня горький сок во злаке медом стал;
и мир о имени Твоем крылатом
взывать не уставал.

http://t-smertina.narod.ru/litphoto/talent-poet/photoalbum-41.html


Поэты Алексей Ганин (слева) и Сергей Есенин, 1916.
Tags: Ганин, Русская поэзия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments