a_g_popov (a_g_popov) wrote,
a_g_popov
a_g_popov

“Дневники сепаратистов” Часть 4

“Дневники сепаратистов” Часть 4

Часть 1 http://a-g-popov.livejournal.com/1809317.html
Часть 2 http://a-g-popov.livejournal.com/1809501.html
Часть 3 http://a-g-popov.livejournal.com/1809784.html



НАДЕЖДА

Незабываемым в этом году был мой День рождения. Не было рядом со мной моих друзей, не было никакого праздничного настроения, ведь всю ночь не прекращались обстрелы. Но когда пришли гости, в основном оставшиеся соседи, которые принесли мне праздничный торт в виде булочки со вставленными в нее праздничными свечками, я на миг забыла о выстрелах. Это было трогательно до слез. Все желали мне не банальных вещей, а мирного неба над головой, ведь это самое главное не только сейчас, но и всегда.

А после мы все вместе, при свете керосиновой лампы, слушали рассказы моей сестры Оли, которая работает на почте в отделе телеграмм:

«Вчера одна старушка, мать сына, попавшего в армию во время мобилизации, со слезами диктовала текст телеграммы: «Сашенька, брат твой старший в ополчение ушел. За что судьба такая мне и нашему краю?»

«На днях беременная женщина с пятилетним сыном, дрожащими руками вписывала текст: «У нас все хорошо. Любим. Ждем» А мальчик теребит маму за подол и спрашивает, пойдут ли они сегодня водичку в бутылочки набирать…»

«А девчонки красят губы, целуют письма, кладут их в конверты «для незнакомого ополченца», и, смеясь идут домой…



ТАТЬЯНА

3 сентября… Очень специфический юбилей: город месяц живет без света и воды. Уже очень напрягает. Воду приходится искать (многие колонки, к которым я ездила, перестали работать). А темнеет все раньше. Приходится ложиться спать в 9 часов. А через пару недель что – в восемь буду укладываться? Мне стала все время сниться мирная жизнь: свет в квартире, разговоры по телефону, подруги… Как же я соскучилась по всему этому! Днем не признаюсь в этом сама себе, а по ночам подсознание выдает.

Люди стали возвращаться в Луганск. Заработало шесть школ, детские садики, вузы. Приехавшие удивляются, что в городе, на первый взгляд, все нормально: на улицах не валяются трупы, нет развалин. Они приехали тогда, когда город стал восстанавливаться, не видели зияющих пустотой выбитых окон, переломанных осколками деревьев, дыма от горевшего Центрального рынка, пятен крови на асфальте. Только те, кто пережил здесь эти страшные месяцы, глядя на Луганск, залечивающий раны, помнит места, где они были.

На улицах уже как во время первомайской демонстрации (правда, только в первой половине дня). На рынке прибавилось как продавцов, так и покупателей. Луганск готовится ко Дню города: парки, улицы приводятся в порядок. Хоть бы к этому дню дали свет и воду!



ВЕРА

Сегодня день города. Обещанные к празднику свет и воду так и не дали. Слишком много повреждений, да и материалов, как и специалистов, не хватает.

Утро солнечное, но холодное. Последние теплые деньки … Навестили свекровь. Нам удалось раздобыть настоящего хлеба. И это уже праздник. Бережно выкладывая серую ароматную буханку, вспомнила бабушкины слова «Хлеб всему голова!» Позже, нарезая его тонкими ломтиками к ужину, я вспоминала каждый выброшенный мною, в мирное время, зачерствевший или покрывшийся плесенью кусок. Свекровь получила гуманитарку и мы, разобрав пакеты с продуктами, все вместе пировали макаронами по-флотски с русской тушенкой.

Сегодня ровно три месяца нашим республикам. Звучит еще непривычно. До войны летели дни, месяцы, годы…Военный день совсем другой, иной по своему составу, звуку и запаху. Пробудившись ото сна, еще не открыв глаза, благодаришь Бога за еще одну ночь и собираешься прожить новый день. Самые обыденные дела готовишься совершать, а по окончании радуешься, что получилось. Любое, даже самое простое дело, как подвиг. Каждый час жизни осмыслен…



ТАТЬЯНА

Во время войны меняются ценности. Тебе уже не нужны новые наряды, не так важна новая стрижка. Ты радуешься, если удалось с утра набрать воды на колонке без очереди или купить свежий батон, простояв всего 10 минут.

Понятия «красота», «макияж» тоже претерпели изменения. Помоешь голову – уже красавица. Красить ресницы тушью нельзя – вечером нечем будет смывать. Поэтому с утра обозначаешь карандашом глаза (пусть знают, что они есть), перед выходом на улицу красишь губы. И как неизжитая привычка мирного времени – духи. Если взглянуть со стороны, наверное, смешно. Одевалась так, чтобы не жалко было упасть на землю при обстреле: футболочка, соответственно, мятенькая, джинсы поглажены солдатским методом (под матрацем) – и при этом благоухаю «Шанелью» или «Диором». Да, красиво жить не запретишь!..

За время войны очень изменился характер луганчан. Если вначале нередко вспыхивали скандалы и свары в очереди в аптеке, по воду, по хлеб, то сейчас я их уже не слышу. После обстрелов центра Луганска все живущие там, как-то сроднились, все здороваются в очереди по воду, помогают друг другу. Уже не раз ловила себя на том, что заговариваю с незнакомыми – и они охотно мне отвечают.



ВЛАДИМИР

Все, кто остался в городе во время войны, невероятно изменились. Да, это было самое страшное время для Луганска. Время, когда украинский Луганск погиб, чтобы восстать, другим, обновлённым, подобно Фениксу – из своего пепла.

Этим летом я увидел столько ужаса, что, пожалуй, хватило бы на 10 жизней. Я видел, как погибали люди, хорошие люди, которые имели любящие семьи, друзей, увлечения, свой смысл жизни. И всё это было стёрто в одну секунду: миной, осколком, пулей, артиллерийским снарядом, кассетной бомбой… Был человек – нет человека. Я помню, как начала появляться связь. Всего в двух точках в моём районе. Это было счастье, можно было узнать, что там с твоими близкими, сказать самые главные слова. «Я Жив». Или что-то, что не успел сказать до войны. Так вот, там тоже погибали люди, порой, не успев дозвониться до своих родных. Туда тоже били миномётчики, в людей, которые просто хотели написать или сказать всего одну-две фразы людям, которых они любят. Видя то, как погибают люди, которых мы знали, уважали, любили, даже те, кого мы недолюбливали, не любили или просто не успели узнать до войны, мы умерли сами. Внутри… Умерли, чтобы родиться заново, вместе со своим городом…



ТАТЬЯНА

Я никогда не думала, что в городе столько людей, готовых бесплатно работать волонтерами. Одна из девушек-волонтеров (по профессии финансист), разносившая гуманитарную помощь лежачим, рассказала, что после того, как их фирма закрылась, «чтобы не сойти с ума дома, я пошла в волонтеры». И таких достаточно много.

За время войны я освоила новую профессию – мусорщика-ассенизатора. После двукратного посещения горисполкома наконец приехала мусорка. Но мусора перед ящиками оказалось навалом. И я лично, своими ручечками, вспомнив опыт археологических работ, набросала совковой лопатой три контейнера всякой дряни. Как ни странно, мой повышенный рвотный рефлекс куда-то подевался, да и обычную свою брезгливость я засунула подальше. Зато теперь у нас во дворе почти чисто. Остальное добросали через день. Кстати, когда мы позвали на помощь трех мужиков (а ассенизировали мы с тремя соседками) из соседнего дома, они на нас посмотрели как на дур. Короче, мусор убирали одни бабы. Видели бы меня мои друзья, метающую лопатой стекло и всякую фигню в помойку и перебивающую запахи помойки ароматом «Сады Нила» от Гермеса.

Так вот, о героизме… Это слово, мне кажется, имеет несколько уровней восприятия. Общепринятый: герой – тот, кто совершил выходящий из ряда вон смелый поступок, вытащил ребенка из огня или бабушку из проруби, бросился на амбразуру и т.д.

Такие герои, конечно, есть и на нашей войне. Но я хочу написать о другом понимании героизма – непарадном, обыденном. Сегодня героев в этом понимании в Луганске очень много.

Герой – это и человек, который, идя по воду своей семье, возьмёт несколько бутылей и для своей пожилой соседки, кто поделится едой, кровом с нуждающимся человеком в то времена, когда самому тяжело.

Героями сейчас стали те, кто не бросил свою работу и делает ее под обстрелами: водители маршруток, дворники, электрики и, конечно, водовозы, медики и МЧС-ники. Сколько их уже ранено, а кое- кто и убит. Эти люди работают без зарплаты. То, что они делают, спасает жизнь всему городу, это уже не работа, это – подвиг.

Я себя к таковым не причисляю: иногда что-то сделаю для бабулек со двора, но это ерунда, так и должно быть.

А те, кого я имею в виду, должны быть после войны отмечены: премиями, наградами, людским уважением. Боюсь, что ничего этого они не получат. Но обычные жители, надеюсь, считают их героями. Я – точно!!!



ВЕРА

Вчера случайно встретились со знакомым водителем «скорой», который рассказал, как после каждого обстрела их машина курсирует по городу в поисках раненых. Так как связь отсутствует, люди просто выходят на дорогу и останавливают проезжающую машину «скорой» или авто с ополченцами, которые часто и сами доставляют раненых горожан в ближайшую больницу.

Каждый день врачи «скорой» готовы вновь и вновь патрулировать разбитые улицы, а оставшиеся в городе врачи – оказывать необходимую помощь. Меня поражают эти люди. Измотанные, уставшие, с красными от недосыпания глазами, вынужденные работать почти круглосуточно из-за отсутствия специалистов. Ведь многие покинули город, а те, кто остался, несут на себе весь этот груз блокадной жизни. Прибавив к этому отсутствие всех коммуникаций и постоянные обстрелы – и задача кажется просто невыполнимой. Но они справляются, не выражая при этом ни раздражения, ни пренебрежения, что нередко встречалось в прежней мирной жизни. В этих условиях никто из них не утратил чувство сострадания, элементарной человеческой порядочности. По-моему, все, кто остался здесь и, в таких условиях, и не стал зверем, заботящимся только о себе, – заслуживает уважения.



ВЛАДИМИР

Все это время мы были одной семьёй – те, кто оставались здесь, стояли со мной по воду, на водяной колонке. Ведь воды, как света и связи не было более 40 дней. Стояли стойко, не ссорились друг с другом, а шутили и общались. Несмотря на то, что над нами, порой, летали снаряды и, в любой момент нас могло разорвать в клочья миной, которые «доблестные» диверсанты любили пускать в скопления людей. Однажды, меня с мамой и соседями чуть не убило в такой очереди по воду. Мы ушли за 10 минут до…

Ведь, как оказалось, террористы-сепаратисты не достойны права пить воду. Следует пояснить, что «террористы-сепаратисты» – это люди, которые остались здесь из-за любви к городу, своему дому вне зависимости от их политических взглядов и мировоззрений.

Действительно, подумаешь, всего-то несколько женщин, мужчин, парочка ребятишек стоят по воду. Мы же недочеловеки, с чего думать о том, что одна из этих людей – врач, спасшая за свою жизнь невероятное количество людей, а тот мужчина – строитель, построивший десятки домов, а детишки, что стоят тихо, не играют, а прислушиваются к звукам, всё время в напряжении, под страхом смерти, начеку – будущие учёные, спортсмены, музыканты. Мы все стали одной семьей и навсегда останемся ею.



ВЕРА

На улицах – ополченцы, одетые кто во что: пыльные, небритые, уставшие, но веселые. Их можно встретить повсюду. Освободившись от воен – ных действий, оказывают помощь всем службам: развозят воду и продовольствие, помогают в починке разбитых домов. Как сказал один из моих соседей: если что понадобится, останови машину с ополченцами и они обязательно помогут.

Все уже как-то адаптировались к отсутствию света и воды, а связь, иногда потратив немало времени и сил можно поймать. По местному радио объявили строгую экономию электроэнергии. С сего дня бойлер включаем раз в день, от электрочайника можно отказаться, пылесос – раз в неделю. Мой взнос в экономию.

Люди продолжают возвращаться в Луганск. Сегодня вернулись соседи Лариса и Виктор. Буря эмоций. Радости пса Семена вообще нет предела. Они были совсем недалеко под городом Счастье, «в тылу врага». С болью в сердце наблюдали, как с их территории на Луганск летели снаряды. Иногда мимо дома, где их приютили, проезжала грузовая машина, за ней трактор и бочка на прицепе. Как-то спросили, что везут, местные ей тихо объяснили, то в грузовике убитые солдаты украинской армии, их сваливают в вырытые рвы и засыпают какой-то химией из бочки, закапывают, а место трактором разравнивают. Таким образом, тысячи солдат числятся, пропавшими без вести. Видимо, это происходит по всей линии фронта.

Теперь наша Луганская и Донецкая земля – братская могила для правых и левых.

Мы привыкаем к мирной жизни… Идем, шурша мягкими перинами желтых листьев. Выбираем солнечные участки улиц, нежась в последних теплых лучах остывающего осеннего солнца. Отовсюду доносится стук молотков, спешат залатать разбитые крыши до затяжных осенних дождей. Проходя мимо одного из домов, обнаруживаем во дворе аккуратно сложенную гору из длинных защитного цвета, надежно сбитых ящиков. Строй- материалов не хватает и крыши латают, разбивая ящики из под снарядов. На газонах зеленая травка все ближе подбирается к воронкам от взрывов. Земля затягивает свои раны. Периодически слышны глухие хлопки – разминируют неразорвавшиеся мины в домах и огородах.

Мне нравится, как живет сейчас наш город. Без суеты, без лишнего шума. Люди стали больше общаться друг с другом, стали более доброжелательны. Мы уже почти привыкли к тишине, только разрушенные дома и ополченцы на улицах все еще напоминают о недавних военных буднях.



НАТАЛЬЯ

…Сентябрь окрашен нотами томительного ожидания и надежды. Ведь хрупкое перемирие подарило радость снова быть дома, рядом с близкими, и одновременно с этим – чувство бессильной ярости от того, что сделали с твоим городом, твоим домом, людьми, которые уже никогда не станут прежними. Немногочисленные в этом сентябре первоклашки с белоснежными бантами стали символом надежды и веры в лучшее, продолжения жизни, но торжественная линейка в моей родной школе, начавшаяся с минуты молчания о погибшем во время летних обстрелов ученике третьего класса и его маме, звучала напоминанием о том, что не может быть предано забвению, что навсегда останется в памяти и сердце, о нашей ответственности перед будущим.



СВОИМ ЧЕРЕДОМ…

ОКСАНА
Свадьба «в зоне АТО»…

Я хотела написать об этой свадьбе, но под другим ракурсом – о любви двух любящих сердец, находящихся в разных концах земного шара, родившихся в полюсных материковых зонах и в разное время, с непохожими культурой и языком. Девочка Сказка жила в миролюбивой стране под названием Украина, а парень Бин уже работал в экономически развитой, динамичной стране под названием Китай. Если бы не одно НО.
Свадьбу праздновали «в зоне АТО»…

Она всегда была не похожей на ровесников, сторонилась одноклассников, избегала общения, была закрытой для многих. Долгие годы классный руководитель даже не знал, что девочка Сказка красиво рисует, умеет играть на фортепиано, красиво петь своим нежным голоском, как она сама. Но Сказка создавала свои шедевральные детективы о далеких странах и украинцах-переселенцах в Латинской Америке, читая их только своей маме – главному ценителю ее творчества. Как любящая свое единственное дитятко, мама, конечно, хвалила творчество Сказки и пророчила ей великое писательское будущее, при этом понимая, что мотивация – это главный механизм словотворчества дочери. Шли годы и ничего в жизни Сказки не менялось – она по-прежнему была не похожа на других. Одноклассницы целовались в коридорах с мальчиками, гуляли вечерами и пропадали на различных провинциальных тусовках. А Сказка жила другой жизнью…

Но вот подошел выпускной класс – экзамены, тестирование и выбор университета и престижной специальности. Сказка с мамой объездила ряд украинских вузов и остановилась на Луганском, потому что здесь изучали экзотические языки – японский, иврит, турецкий и китайский. Вот здесь наша Сказка и поняла, что ей хочется понять этот непонятный язык для всех жителей Восточно- Европейской равнины.

Но спрос на эту специальность был бешенный и наша героиня в числе отобранных будущих лингвистов начала грызть гранит науки – тот самый китайский язык. При чем, весьма удачно. Похвала преподавателей вдохновляла Сказку на языковые иероглифические подвиги и вот результат – девочка Сказка уже размечталась ехать на стажировку в Китай.

И вот долгожданный и непонятный, чужой и странный Китай. Авиаперелет был, как всегда в украинских авиалиниях, полуголодный и тяжеловастенький. Но еще тяжелее было лететь китайскими авиалиниями в толпе китайцев, которые не только сидели, но и умудрялись стоять в проходе самолета. Вообщем, когда группу студентов встречал представитель, а точнее, милая представительница одного из вузов, – нашим девчонкам уже было все равно, куда их повезут и что с ними будет. Потом двухмесячный культурный шок, отсутствие евро – пейской еды, сброшенные десятки наеденных килограммов в Украине веса, запрограммированные китайцы-преподаватели и отсутствие элементарных бытовых условий – отопления в холодное время года, избытка горячей воды и прочего европейского баловства (то ли еще будет). Научились принимать душ за 3 минуты, есть лапшу, рис с овоща ми и учить китайский язык. Именно там, в южной провинции Китая в Мейчжоу, девочка Сказка познакомилась с индонезийскими, американскими мальчиками, совершенствовала свой язык в прямом и переносном значении: утром – русский, днем – китайский, вечером – английский, ночью – украинский (да, домашние задания в Луганском университете никто не отменял).

А теперь самое интересное. И вот увлеченная языками девочка Сказка не заметила, как к ней тихонько подобрался китайский парень, который преданно смотрел в глаза и не подавал малейшего намека на проявление повышенного внимания (да, китайцы такие – они умеют выжидать). Они вместе гуляли, общались, вели светские беседы, кушали в кафе. Наш китайский парень, назовем его Бин, смог осознать, что перед ним та девочка Сказка, которую он искал долгие годы. Оказалось, что она весьма начитанна, прекрасно играет на фортепиано, имеет нежный тонкий голосок, излишне скромна, вежлива, терпелива… Но самое главное – он увидел ее внутреннюю красоту и понял, что она единственная и неповторимая Сказка.

Но наша героиня на летние каникулы улетела в Украину. Бин долго ждал ее и надеялся долгие три месяца, что она вернется.

Ее возврат был непростой – тяжелый перелет, грозовые бури, задержка авиарейсов из Гонконга. Он не спал и не ел, ожидая ее с букетом белых лилий в Ченгду. И она вернулась. Букет явно привял, если не сказать, что завял. Но не важно. Хотелось бежать, обнимать и кричать. Но нет. Китайцы не такие – они умеют выжидать. Из аэропорта возвращались в такси, прижавшись друг к другу, но сдерживая себя. На утро Бин привез завтрак в постель девочке Сказке, которая поселилась с новозеландской и малазийской коллегами в одной квартире.

Именно с этого момента девочка Сказка и парень Бин решили быть вместе. Держаться друг друга в этом полторамиллиардном китайском социуме: совместные вечера, возвращение домой на мотобайке, общие выходные где-то на лоне природы, общие друзья. Все складывалось хорошо. Но возникли сложности с рабочей визой девочки Сказки (уж слишком она была юна для этого) и ей пришлось улететь. Это было тяжелое расставание. Бин понимал, что она не вернется. Чтобы быть с ней – ему нужно лететь в Украину.

Долгую зиму они общались в скайпе, проживали часть своей виртуальной жизни. Но как же хочется жить настоящей полноценной судьбой молодых людей. И Бин решает лететь к ней.

Это было 11 мая 2014 года. Когда началась война на юго-востоке Украины (украинские власти это назвали АТО – антитеррористическая операция). Весь мир, затаив дыхание, следил за событиями. А Бин летел, снова летел и ехал поездом, не думая о том, что с ним будет. Верней: думал, но понимал, что любовь – это чувство, которое вдохновляет мужчин на сильные поступки.

Этот китайский парень провел свое лето в зоне АТО с 14 мая по 19 июля.

Вы спросите: почему так долго? Я вам отвечу: по украинским законам молодожены должны были пройти испытательный срок в течение месяца – это раз. Потом Бин ждал справку с украинского посольства, находящегося в Пекине, которая подтверждала, что он холост. Это еще месяц. Так что никакие «военно-политические события в зоне АТО» не могли нарушить обычный режим регистрации брака молодых людей. А наоборот – усложнял. На дверях загса объявление: В связи с тем, что идут боевые действия в зоне АТО, время работы загса – два раза в неделю. Но ведь любовь никто не отменял? Длинные очереди в этом прекрасном учреждении подтвердили, что настойчивые женихи и невесты не меняли своего решения даже в зоне АТО.

Но на этом сложности в создании интернациональной семьи не закончились. После подачи заявления нужно было за неделю до росписи при йти с китайским переводчиком в загс и подтвердить правильность заполнения анкеты и настойчивые намерения в реализации свадебной мечты. Но о переводчике, который дал твердое согласие быть в назначенный срок позже. Кстати, он жил в районе Луганского аэропорта – ничего не предвещало беды.

Первая беда случилась, когда счастливые Сказка и Бин возвращались с первыми покупками – авиационный налет на областную адми нистрацию. Они видели и слышали самолеты, которые стали «первыми ласточками войны» в Луганске. Сказка и Бин, прижавшись к одному из зданий, находясь недалеко от места обстрела, думали уже о том, как выжить и не умереть. Кто мог подумать, что в 21 ты сячелетии украинские самолеты будут убивать луганчан – жителей своей же страны? Они вернулись домой с массой вопросов и с отсутствием ответов. Хотелось кричать: что вы делаете, Самолеты? Мы хотим жить-жить-жить…

Время остановилось. А мозг продолжал работать – нужно жить дальше и выжить… Свадебное платье выбирали перебежками, когда не было обстрелов и взрывов. Успевали немного радоваться. А потом снова возвращаться в реалию. Один за одним стали закрываться магазины. Приходилось пешком по невыносимой жаре по центральной улице Луганска – Оборонной (практически перестал функционировать общественный транспорт, потому что участились случаи минометных обстрелов и гибели водителей и пассажиров) ходить и искать мелочи, которые позже должны были стать важными на свадебной церемонии. Таким образом, за несколько коротких дней были скуплены свадебные реквизиты.

Теперь нужно было найти помещение для проведения церемонии. Отдельное спасибо нашим «кавказским» рестораторам (пускай не обижаются и не считают это шовинизмом) – именно их развлекательные заведения соглашались помочь в проведении праздника. Они остановились на «Аква – риусе» – очень уютном, тихом культурном ресторанчике по дороге к Луганскому аэропорту. Мне кажется, что в это суровое время по случаю такого события сам хозяин был безмерно рад посетителям. Но не только счастлив, но и озабочен географическим расположением по отношению к аэропорту. Но об этом позже.

Какая свадьба без тамады? Наверное, это первые люди (они сейчас называются аниматоры), выехавшие из города в связи с началом летнего сезона где-то в курортных местах Крыма, Приазовья и прочее. Таки нашли. Ведущие даже умудрились гулять свадьбу в Станице Станично- Луганского района сразу после первой бомбежки в первых числах июля. И, находясь на ополченской территории, петь песню «Одна родина за столом..».

Ну и конечно – свадебный кортеж!!! Вся проблема была в том, что «монополисты» свадебных машин проживали в Александровке – поселке при Луганске, где шли ожесточенные бои. Гарантий никто не давал. Поэтому до последнего дня никто не знал: будут ли машины или хотя бы машина?

А в свадебный кортеж нужно было пригласить гостей. Это еще интересней. Планировали небольшое гуляние человек на 30. Близкие и родственники с разных мест Украины, России, Грузии. Все давали согласие на приезд на свадьбу и убеж дали, чтобы им заказывали места в ресторане. Но за неделю до радостного события в жизни девочки Сказки и Бина начали отказываться гости в такой последовательности: Москва (не пустят 25-летнего брата в зону АТО); Киев (проблемы с поездами и стрельбой в Дебальцево); Днепропетровск (мама после информационных передач не пускает); Антра цит (ополченцы отбирают у водителей дорогие машины); Лисичанск (боятся ехать с малыми детьми по Бахмутскому пути); Харьков (с поездов в направлении в зону АТО высаживают молодых парней и отправляют воевать в украинской армии); Северодонецк (уже город отбомбили и люди были напуганы); Батуми (просто страшно).

Одним словом – стало еще веселей от безысходности. Но не на долго. Решили не отменять торжество.

А теперь немного о переводчике. За неделю до свадьбы начался плотный обстрел аэропорта. Поэтому в первую очередь пострадали близлежащие элитные поселки. Наша профессиональная переводчица Елена жила в одном из этих поселков. Но последние сутки не жила, а существовала в подвальном помещении, прячась от «градовских» обстрелов. Поэтому смелый мобильный звонок из подвала о том, что она не сможет приехать, всех ошеломил. Сказка же думала о свадьбе. На что ей ответила Елена-переводчица: «Какая свадьба? На улице война!!!!» Но немного остыв, решила найти себе замену. Весьма безрезультатно. Все китайцы уехали из Луганска. Остался только Бин. Тот смелый китайский парень, на лице которого было уже недоумение и безысходность. Что же делать?

Еще работал интернет – простим ему весь мусор и словесный бред – но он спас будущую семью. Ситуацию выровняла молодежная социальная сеть «Контакт». Оказывается, в городе еще теплилась жизнь выпускников специальности «китайский язык». Первую девушку звали Екатерина. В этот день на Инженерной в их дом попал снаряд и погибли люди. Многие семьи были на гране срыва от боли, гнева, потерь. Катя не стала исключением. Она категорически отказалась выходить из квартиры ближайшее время и помочь в регистрации брака. Дальше были Юлия, Вадим, Елена – все боялись за свою жизнь и думали, что все разрешится ближайшие дни. А может недели. Осталась Алена. Она не говорила по-китайски, хотя имела соответствующий диплом специалиста. Ее мама потеряла работу на неопределенное время, поэтому при некоторых условиях Алена согласилась. Все были безмерно счастливы, что свадьба должна-таки состоятся.

Да, мы забыли о наведении красоты всеми членами свадебной церемонии и, в первую очередь, невесты. Мужчинам покажется смешным, но это факт. Парикмахерские закрылись, салоны красоты не работали, мастера маникюра после первых выстрелов выехали из города. Но нашлась смелая мастер свадебного маникюра в салоне, находящемся в старом центре города. В нем отлично были слышны залпы орудий на поселке Металлист под Счастьем или перед Счастьем (город такой есть). Кроме того, салон находился в доме, в котором год назад произошел взрыв газовой трубы. Поэтому им не привыкать. Свадебный маникюр сделали на славу, маме – не успели, уж слишком стреляли. Всем становилось жутко. Рядом с салоном несколько дней назад взорвали на проезжей части легковую машину, вроде диверсантов-минометчиков, которые обстреливали дома, остановки, маршрутные такси и прочие места пребывания луганчан. Поэтому эта груда металла «красовалась» на самом людном месте проезжей части.

Парикмахера звали Яна. Она была волонтером и с утра помогала вывозить детей из-под обстрелов, поэтому, имея доброе сердце, согласилась сделать свадебную при ческу невесте и гостям.

Удивительно, но девочка Сказка умудрялась найти в городе всякие свадебные штучки, например: воздушные шарики, праздничные плакаты, сюрпризы для гостей, свечи, веера и прочее. По Оборонной был расположен такой магазинчик, в котором продавец несколько раз на день бегал через дорогу в аптеку и покупал успокаивающие настойки, потому что стрельба по центральной улице средь бела дня не прекращалась, а даже учащалась. И никто не знал, кто станет следующей жертвой. По этому при входе объявление: Буду через 10 минут – не снималось. Подходя к магазинчику, все покупатели или ротозеи, а может напуганные луганчане, не могли определить по содержанию объяв – ления, когда именно вернется продавец. Поэтому торговли не было. Но девочка Сказка стала счастливой обладательницей многих вещей этого странного магазинчика с еще более странным, вечно пьющим успокоительные настойки и жалующимся на сердечные боли продавцом. Хотя ничего странного в том, что целый рабочий день прислушиваешься к открывающимся дверям или к выстрелам на улице.

И вот за день до свадьбы начинается массированный обстрел из аэропорта в район военкомата. Не знающим Луганск объясню: военкомат расположен практически по центральной части города, поэтому летящие из аэропорта украинские снаряды поражали дома, офисы, остановки, онкодиспансер и автовокзал. Какое это имеет отношение к свадьбе? Ресторан был расположен по центральной улице между аэропортом и военкоматом, а дом Сказки за автовокзалом (тоже рядом с военкоматом). Молодожены решили прозондировать почву в ресторане и проверить выполнение заказа и наличия на месте самого ресторана.

Хозяин ресторана восседал на втором этаже и либо охранял своим телом помещение от взрывов, либо хотел быть первым свидетелем очередных разрушений в центре города, либо хотел видеть, что он не один остался в этом безумном городе. Его важный вид успокоил жениха и невесту. Но гарантий, что не будут обстреливать ресторан в день свадьбы никто не давал. Повара мирно выполняли свою работу: готовили заливное, мясные рулеты, рыбные деликатесы, а директор разводил руками и не знал, что делать. Была выбрана альтернатива: если в день свадьбы начнется артобстрел, то обслуживающий персонал привезет созданные кулинарные шедевры домой в уютную хрущевскую квартирку, где не развернешься и не разгуляешься.

Интересная история с 5-килограммовым трехъярусным свадебным тортом. Его тоже отказались вести в связи с нестабильной обстановкой в городе. Пришлось на заднем сидении такси под названием «Москвич» транспортировать произведение искусства пекарей с восседающими вверху двумя лебедями, которые к самой церемонии вели себя уже не так величественно.

С такси вообще «запара»: «олигархи» таксистского бизнеса дали приказ покинуть город и переместить машины в сторону Мариуполя – курортную зону (знали бы они, что там будет через месяц), поэтому работали любители- азербайджанцы, пенсионеры и прочие дядечки-водители на дешевеньких машинках. Диспетчеры оставшихся такси не давали гарантии по доставке машины по месту вызова за несколько часов, вызов был действителен только на ближайшие 10 – 15 минут и при условии, если по месту вызова последний час не было обстрела.

Фотографа и видеографа нашли быстро и без проблем. Им, как творческим и экстремальным людям, было чем заняться в городе. Хотя видеограф уехал из города 13 июля, а фотограф в силу своего молодого возраста продержался до начала сентября.

Свадебная церемония была назначена на 12 июля. Уже наступил вечер 11 июля. Все смелые участники свадебной церемонии боялись думать о завтрашнем дне. Ночь обещала быть «спокойной» по многим причинам. Первая: никто не знал о том, будет ли мирная жизнь 12 июля в центре города; второе – будут ли ходить такси; останется ли цел ресторан и смогут ли все добраться до него или в него и т.д.

Утро началось с того, что опоздала парикмахер Яна: она передвигалась на своей женской машинке и была зажата по трассе двумя БТР-ами, которые вовсе не собирались ее пропускать вперед. Таки смелая волонтерка-парикмахер вырвалась из плена и добралась с опозданием на целый час.

Фееричный артиллерийский обстрел «укров» (так их стали называть в зоне АТО) с аэропорта все присутствую щие гости оценили как поздравительный и старались не омрачать этот важный день. Прибыли гости из числа героев – близкая подруга мамы, еще одна подруга мамы, бабушка, дедушка, другие перемещались сразу в сторону загса – переводчица на предоставленном такси (для начала его нужно было найти – нашли), подруга мамы, еще одна подруга мамы. В общей сложности ожидали 11 человек вместо 30.

После прибытия парикмахера нужно было быстро вымыть голову всем очаровательным гостьям, поскольку вода в зоне АТО уже на тот момент становилась редкостью в кранах домов (то ли еще будет со 2 августа). Почти успели все. «Причехи» (по-другому их не назовешь) готовы.

Вторым весьма важным фактом стало ожидание свадебной машины – будет или не будет, выедет или не вы едет? Для «поддержания свадебных штанов» и поиска машины жениха отправили с мужской половиной – папой и дедушкой невесты. Сначала забрать свадебный букет для невесты – сделают или не сделают? – а потом найти машину, стоящую по центральной улице города.

Третий важный факт – доедем или не доедем до загса? Свадебная машина на месте, осталось вызвать такси для прибывших гостей. Слегка нестабильная мобильная связь и неуверенная деятельность диспетчеров такси – и все уже готовы ехать. Вперед!

Это было что-то!!! По центральной части города стоящие и идущие луганчане выражали радость и делили рождающееся семейное счастье: махали руками, радостно кричали, сигналили – и все понимали, что от чувства тревоги отвыкли радоваться. Представьте картину: по Оборонной все машины сигналят! Всем в свадебном картеже было приятно и весело. И это невозможно передать словами, это можно выразить эмоциями: вау!!!класс! здорово!!!восхитительно!

Этот день был сказочным, несмотря на выстрелы и летающие через ресторан снаряды.

Потом было венчание в Храме «Умиления», после – волшебная ночь в отеле «Славянский» в под вальном помещении вместе с представителями ОБСЕ, потом Киевский поезд, вместивший сразу пассажиров двух поездов в одном направлении, ужасно-панические уезжающие луганчане на вокзале – при ступы эпилепсии у отправляющихся прямо на улице, бегающие с инвалидными палочками пожилые женщины, кричащие молодые мамочки и ищущие своих мужей, отсутствие мобильной связи среди пассажиров, жуткая жара и удручающие взгляды тех, кто остается в городе либо навсегда, либо надеясь когда-то выехать. А через неделю пассажирские поезда прекратят следования в любых направлениях…

Девочка Сказка и парень Бин навсегда запомнили свои свадебные приключения. Будем надеяться, что они укрепят их отношения и происходившее в жизни научит ценить каждый миг и не разменивание на мелочи. А еще крепче их брак стал уже в Китае, когда Сказка плакала целых полтора месяца, каждый раз садясь за обеденный стол, за своими близкими и представляя, что они не видят хлеба и умирают с голода. Но все обошлось – они остались живы, несмотря на страшные минометные обстрелы в городе и днем, и ночью. А еще они не узнают о том, как мама и папа прятались ночью от минометных обстрелов, жили по несколько дней без хлеба, стояли в очереди за продуктами, носили водные баллоны под обстрелами… Не дай Бог такое пережить. Спаси Господи всех от войны.

Часть 5 http://a-g-popov.livejournal.com/1810352.html
Часть 6 http://a-g-popov.livejournal.com/1810445.html

http://www.politnavigator.net/dnevniki-separatistov-vpervye-v-seti.html
Tags: Украина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments