November 25th, 2010

(no subject)

Владимир Тимин

***

И песня – ты, и сказка – ты,
И утро в солнечной короне.
Как нежно чистой красоты
Мои касаются ладони!
В переплетениях дорог
Подчас я в сторону бросаюсь.
Как осторожно, видит Бог,
Душой твоей души касаюсь!
Скорее сам поранюсь я,
Чем стих мой милую обидит...
И счастье – ты, и жизнь моя...
И Бог, конечно, это видит.

перевод с коми Александра Суворова

(no subject)

***

Человек призван к тому, чтобы видеть и любить в любимой женщине (или соответственно в любимом мужчине) не только плотское начало, но и душу, — своеобразие личности, особливость характера, сердечную глубину, для которых внешний состав человека служит лишь телесным выражением или живым органом. Любовь только тогда не является простым кратковременным вожделением, непостоянным и мелким капризом плоти, когда человек, желая смертного и конечного, любит скрытую за ним бессмертность и бесконечность; вздыхая о плотском и земном, радуется духовному и вечному; иными словами, когда он Божиими лучами освещает и измеряет любимого человека... В этом глубокий смысл христианского венчания, венчающего супругов венцом радости и муки, венцом духовной славы и нравственной чести, венцом пожизненной и нерасторжимой духовности общности. Ибо вожделение может быстро пройти; оно бывает подслеповатым. И предчувствовавшееся наслаждение может обмануть или надоесть. И что тогда? Взаимное отвращение прикрепленных друг к другу людей?.. Судьба человека, который в ослеплении связал себя, а прозрев, — проклял свою связанность? Пожизненная унизительность ежедневной лжи и лицемерия? Или развод?
Поэтому семья оказывается как бы естественною школою христианской любви, школою творческого самопожертвования, социальных чувств и альтруистического образа мыслей.

Иван Ильин

(no subject)

***

В Библии содержится рассказ, как трое юношей, телохранителей персидского царя Дария, пока он спал после большого пира, а они стояли на часах при нем, для того чтобы скоротать время и соединить приятное с полезным, придумали следующее: каждый должен написать, что он считает самым сильным на свете, потом записку запечатать и положить под изголовье царя. «И чье слово окажется разумнее другого, даст тому царь Дарий великие дары и великую награду».
Так и сделали. Один написал: «Сильнее всего вино», другой — «сильнее царь»; третий, самый умный из них, — «сильнее женщины, а над всем одерживает победу истина». Когда царь проснулся, узнал, в чем дело, и в совещательной палате, в присутствии всех государственных мужей и сановников, попросил каждого из них высказаться, то Зоровавель, так звали третьего юношу, сказал длинную речь, из которой я приведу только следующие слова:
«О мужи! не велик ли царь, и многие из людей, и не сильно ли вино? Но кто господствует над ними и владеет ими? не женщины ли? Жены родили царя и весь народ... и от них родились, и ими вскормлены насаждающие виноград, из которого делается вино... Люди не могут быть без жен. Если соберут золото и серебро и всякие драгоценности, а потом увидят одну женщину, хорошую лицом и красивую, оставив все, устремляются к ней и, раскрыв рот, смотрят на нее... Берет человек меч свой и отправляется, чтобы выходить на дороги и грабить и красть... льва встречает, и во тьме скитается; но лишь только украдет, похитит и ограбит, относит то к возлюбленной... Многие сошли с ума из-за женщин... Многие погибли и сбились с пути, и согрешили через женщин. Неужели теперь не поверите мне? Не велик ли царь властью своею? Не боятся ли все страны прикоснуться к нему? Я видел его и Апамину, дочь славного Вартака, царскую наложницу... она снимала венец с головы царя и возлагала на себя, а левою рукою ударяла царя по щеке. И при всем том царь смотрел на нее, раскрыв рот: если она улыбнется ему, улыбается и он; если же она рассердится на него, он ласкает ее, чтобы помирилась с ним... Как же не сильны женщины, когда так поступают они?» (2 Езд. 3, 1-4, 32.)

Епископ Варнава (Беляев)

(no subject)

Анастасия Малдрик

***

Автобус подъехал. Пора. Прощай...
Меня больше здесь не ждут...
Оставлю тебе недопитый чай
И пять непростых минут.

В окно не посмотришь: опять дела.
Часов не услышишь бой...
Ты даже не понял, что я могла
Остаться сейчас с тобой.

(no subject)

Евгений Семичев

Братки

Костерок у притихшей реки.
Птахи певчие в небе порхают.
Постреляли крутые братки,
А теперь по трудам отдыхают.

Постреляли таких же братков
Из чужой и непрошеной стаи...
Дух хмельных голубых васильков
В чистом небе блаженно витает.

Вожделенно дымят шашлыки.
Водка плещет ручьем быстротечным.
Поминают убитых братки,
Памятуя о Царствии вечном.

Уложили чужих и своих
Без суда и разбору, по пьяни.
Бог, прими души грешные их!
Все по жизни они христиане.

Не вини, не казни, не клейми
Воровскую блатную ораву.
А как есть, всю её восприми,
Как воспринял убийцу-Варраву.

Ибо все они — эти и те —
Люди русские, кровные братья,
На соседнем с Исусом кресте
Распахнули для мира объятья.

Не лишай их всевышней любви
И прощенья родного народа.
Ведь извечно по горло в крови
Восседает на троне свобода.