June 10th, 2011

(no subject)

Любовь и клауфелин

Кончине поэта Игоря Вавилова предшествовала немного детективная история.
21 мая мы проводили семинар молодых авторов в местечке Лемью. Были также шашлыки и вино. Мы расстались с Игорем возле Дома печати в часов 18.00. Он где-то еще немного выпил. И пришел ночевать домой к жене. Хотя больше года они жили раздельно. Его не выгнали, но выпившему особо и не обрадовались.
Алкогольный сон короткий. 22 мая, это было воскресенье, Игорь решил дома не задерживаться. Совершенно случайно он созвонился с товарищем из Эжвы, у которого был день рождения. Товарищ скучал в одиночестве. Игорь поехал к нему. Они немного выпили, а ближе к вечеру решили пойти в кафе.
Там они как-то спонтанно познакомились с двумя привлекательными девушками и позвали их в гости. Те не отказались. По дороге купили хорошей выпивки и закуски. На квартире друга, по словам Игоря, все шло весело, пока они не решили выйти на балкон покурить. Игорь не курил, но решил просто поддержать компанию. Одна из девушек немного задержалась в комнате.
После возвращения с балкона они выпили по рюмочке и больше ничего не помнят. Им подсыпали клауфелин. Очнулись, когда заканчивался понедельник 23 мая. Два дня, как сказал мне Игорь, они просто лежали и не могли подняться. Они чувствовали, что живы, но даже взять телефон не было сил.
26 мая, четверг, друг смог дозвониться до бывшей жены. Она приехала и как медик помогла им очухаться, а также устроила в больницу под капельницы. И, конечно, вызвала полицейских. У друга Игоря вынесли ноутбук и тысяч сто денег, он собирался автомобиль покупать.
27-28 мая их лечили.
Положение еще усугубилось тем, что одну из "клауфелинщиц" нашли мертвой. Игоря с другом подозревали в мести.
Кто-то подумает, что это банальная история, как неудачно сняли девочек.
Но Игорь мне говорил, что в одну из них он по-настоящему влюбился. Он объяснял:
- Я почувствовал сильное душевное влечение к ней. Плотское было вторичным. И я видел, что она чувствует моё неожиданное открытие её. Она была такая искренняя. Даже за такой предательский исход я её не выдал "ментам". Сказал, что не помню, как она выглядит. И образ её до сих пор передо мной. В ней было что-то тёплое, чего мне никогда не хватало в жизни.
Я ответил:
- Любовь часто напоминает клауфелин. Эйфория заканчивается и оказывается, что в твои отношения было подмешано приличное количество яда. И ты какое-то время не можешь понять, что произошло. Вроде жив, а до телефона даже дотянуться не можешь
Игорь заметил:
- Неплохой образ.
Я предожил:
- Напиши повесть (Игорь также писал прозу). Мужчина в самом расцвете сил, то есть примерно нашего возраста. Не мальчик, неплохо разбирающийся в женской психологии - ее уловках, постянно попадает на "клауфелинщиц". Уже досканально знает их приемы охмурения. Но они его постоянно на чем-то проводят. Включают свою запредельную "искренность", и он снова ведётся. С каждым разом становится внимательней, но все равно попадается.
Игорь улыбнулся:
- Напишу. Гонорар пополам поделим.
Это было 2 июня, четверг. Мы с ним выпили две бутылки вина в кафе и бодрым шагом, беседуя о вечности, дошли до района "Орбита", где находятся наши дома. То есть покрыли расстояние больше, чем километр. Игорь был совершенно здоров.
3-4-5 июня у меня выходные. 6 июня хотел его поздравить с днем рождения Пушкина, но не застал на рабочем месте. 7 июня мне вечером позвонила Нина Обрезкова и спросила:
- Правда ли что Игорь лежит в коме?
Я не знал что ответить. Мне подумалось, что это слухи о уже прошедших событиях - о лежании под капельницей. Но я оказался не прав. Игорь находился в Республиканской больнице. Утром 8 июня он отошёл в мир иной.
Царствие Небесное...
А у меня порой возникают мысли, может, это чей-то умысел. Убирают свидетелей. Как-то не верится, что бодрый духом человек так неожиданно умирает.

(no subject)

Сегодня на похоронах Игоря Вавилова сказал историк Игорь Жеребцов:

- Мне запомнились его строчки: «Программа минимум – не умереть. Программа максимум – не постареть». Программу максимум он выполнил, программу минимум, к сожалению, не получилось…