October 10th, 2019

Валерий ШЕВЧЕНКО. Жертвы «чёрного октября». Часть 1

Валерий ШЕВЧЕНКО, кандидат исторических наук

Жертвы «чёрного октября». Часть 1



И сказал Господь Каину: где Авель, брат твой?... И сказал: что ты сделал? голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли (Быт. 4: 9, 10)
Почти четверть века отделяют нас от трагической осени 1993 года. Но по-прежнему остаётся без ответа главный вопрос тех кровавых событий - сколько всего жизней унесла октябрьская бойня? В 2010 году издана книга «Забытые жертвы октября 1993 года», где в силу своих возможностей автор попытался приблизиться к разгадке. Цель данной статьи - познакомить неравнодушного читателя прежде всего с теми фактами, которые по разным причинам не нашли отражения в книге, или открылись за последнее время.

Коротко о формальной сути проблемы. В официальном списке погибших, представленном 27 июля 1994 года следственной группой Генеральной прокуратуры России, числится 147 человек: в Останкино - 45 гражданских и 1 военнослужащий, в «районе Белого дома» - 77 гражданских и 24 военнослужащих Министерства обороны и МВД[1]. Бывший следователь Генпрокуратуры России Леонид Георгиевич Прошкин, работавший в 1993-95 годах в составе следственно-оперативной группы по расследованию октябрьских событий, заявил о гибели 3-4 октября 1993 года не менее 123 гражданских лиц и ранении не менее 348 человек. Несколько позже он уточнил, что речь может идти о не менее 124 погибших. Леонид Георгиевич пояснил, что термин «не менее» употребил, потому что допускает «возможность некоторого увеличения числа потерпевших за счёт не установленных... погибших и раненых граждан»[2]. «Я допускаю, - уточнял он, - что в наш список могли по разным причинам не попасть несколько человек, может быть трое-пятеро»[3].

Официальный список при его даже поверхностном рассмотрении вызывает ряд вопросов. Из 122 официально признанных погибшими гражданских лиц лишь 18 - жители других регионов России и стран ближнего зарубежья, остальные, не считая нескольких погибших граждан из дальнего зарубежья, - жители Московского региона. Известно, что на защиту парламента приехало немало иногородних, в том числе с митингов, на которых составляли списки добровольцев[4]. Но одиночки преобладали, некоторые из них приехали в Москву негласно.

К Дому Советов их привела боль за Россию: неприятие предательства национальных интересов, криминализации экономики, политики по свёртыванию промышленных и сельскохозяйственных производств, навязывания чуждых «ценностей», пропаганды растления. В дни блокады у костров дежурили старушки - вспоминали войну, партизанские отряды. Утром 4 октября их одних из первых расстреляли штурмовики. «Сколько знакомых лиц мы уже не встречаем пятый год на наших встречах побратимов, - писал в 1998 году журналист Н.И. Горбачёв. - Кто они все? Уехавшие домой иногородние или пропавшие без вести? Их много. И это только из наших знакомых»[5].

Collapse )

Валерий ШЕВЧЕНКО. Жертвы «чёрного октября». Часть 2

Валерий ШЕВЧЕНКО, кандидат исторических наук

часть 1 https://a-g-popov.livejournal.com/2150150.html

Жертвы «чёрного октября». Часть 2



Не исключено, что часть тел погибших вынесли через выход, ведущий из подвала двухэтажного здания, что рядом с Белым домом, в туннель метрополитена между станциями «Киевская» и «Краснопресненская», а потом погрузили в товарные вагоны и вывези за город. Об этом, например, упоминал в «Независимой газете» офицер внутренних войск[74]. 7 октября 1993 года от 21 ч. 30 мин. до 22 ч. милиция несколько раз освобождала от пассажиров перрон станции метро «Краснопресненская». К перрону подходил состав и стоял там минут 10. У дверей в подсобные помещения метрополитена стояли люди в камуфляжной форме с автоматами[75].

Галина Михайловна рассказала, что ее муж, военнослужащий, вскоре после расстрела Белого Дома видел на железной дороге товарный состав. Причем начальные и последние вагоны состава были загружены тем, что обычно перевозится в товарняках. А четыре срединных вагона заполнены трупами. Трупов было много, они лежали штабелями.

Разбор завалов на верхних этажах продолжался несколько дней. «Верхние этажи «стакана», начиная с двенадцатого этажа, были ещё несколько дней недоступны нам, - вспоминали турецкие рабочие. - Там работали какие-то военные, которых привозили в закрытых автобусах. Для них от вспомогательного силового кабеля был запущен один из грузовых лифтов. В подвальный этаж, куда он курсировал сверху, нам вход также был запрещён. И лишь спустя почти четыре дня, по-моему, десятого или одиннадцатого октября, мы впервые попали в эту часть Дома Советов. Лифт уже не работал, и было видно, что его торопливо замывали водой. Но, несмотря на это, было заметно, все щели на полу забиты кровью. И в нём очень стойко пахло трупами»[76].

Collapse )

Валерий ШЕВЧЕНКО. Жертвы «чёрного октября». Часть 3

Валерий ШЕВЧЕНКО, кандидат исторических наук

Часть 1. https://a-g-popov.livejournal.com/2150150.html

Часть 2 https://a-g-popov.livejournal.com/2150471.html

Жертвы «чёрного октября». Часть 3



В начале штурма убили шестнадцатилетнюю девушку из шестого отряда[125]. На площади перед двадцатым подъездом прошили очередью Алексея из Тулы[126]. Около 11 ч. утра с улицы усилился обстрел первого этажа. «Ни на миг не останавливаясь под этим шквальным огнём, - вспоминала врач-доброволец, - мы стали перетаскивать раненых на другую сторону цокольного коридора, в комнаты, где было потише. Одного из нас, врача, тут же убило выстрелом в спину. Звали его Сергей. Хирург-реаниматор, отличный профессионал, добровольно пришедший к нам со своей бригадой из двух человек»[127]. Свидетельствует генерал-майор милиции в отставке В.С. Овчинский: «Там погиб Гриша Файнберг, одноклассник моей дочери, который жил в соседнем доме на Красной Пресне. Он пришёл туда и принёс еду защитникам Белого дома. Он был убит выстрелом в голову во время штурма Белого дома, а ему было только 16 лет»[128].

Collapse )