a_g_popov (a_g_popov) wrote,
a_g_popov
a_g_popov

Categories:
Поэзия на службе в армии


Народному поэту Республики Коми Владимиру Тимину с армейской службой повезло.
Группу выпускников-новобранцев, с которой он прибыл, выстроили на плацу, и перед ними появился старшина батареи с лицом восточного типа. Деловито и строго объяснил ситуацию в городе, распорядок дня, что значит боевая и строевая подготовка, как проходят занятия с техникой и боевые стрельбы. И в конце говорит:
- Кто пишет стихи, выйти из строя.
Все стоят в недоумении, странный приказ какой-то. Возможно, вспоминают анекдот, в котором командир тоже так мирно попросил: кто любит музыку, шаг вперед. А затем тех, кто вышел из строя, послал затаскивать рояль на пятый этаж.
Старшина повторил свой вопрос во второй и в третий раз. Тогда Владимира Тимина толкнул в спину товарищ, что, мол, не выходишь, ты же пишешь стихи. Пришлось будущему народному поэту республики выйти из строя и представиться.
Командир с восточным типом лица скомандовал:
- Всем разойдись, а ты Тимин останься.
Кому-то это напомнит «а вас, Штирлиц, я попрошу остаться», только фильм «Семнадцать мгновений весны» тогда даже и не планировался, и фраза старшины носила оригинальный характер. Старшина оказался начинающим бурятским поэтом, но уже вхожим в Союз писателей. Стихи читали друг другу на русском языке. На коми и бурятском стали работать позднее, после окончания армейской службы, так что проблем в коммуникации не было.
Когда свой старшина, служить легче, это все знают. Если бы еще и повар свой был, то служба совсем бы в мед превратилась. Но и за это судьбе спасибо. Поэт поэта всегда поймет, порой вместе даже в самоволку ходили, а ходить в самоволку со старшиной не только приятно, но и безопасно.
В свободное время старшина любил собирать солдат и читать им какую-нибудь интересную книгу. Вслух целый час и больше часа читает. Все с удовольствием слушают, каждый, конечно, о своем думает, но все же лучше, чем «лег – отжался».
Срочную службу бурятский поэт закончил раньше Владимира Тимина.
Классика коми литературы потом перебросили в Капустин Яр, а завершал он исполнение воинского долга в Лебедине Сумской области. И его поэзия еще понадобилась Советской Армии.
В последний день он лег на койку, так что-то устал от всего. В кармане уже билет домой, можно и на кровати поваляться. Но тут в казарму входит ватага солдат из соседней части.
- Ты Тимин? – спрашивают.
- Да, - отвечает «дембель».
- Стихи пишешь?
- Немного, – скромно отзывается Владимир Тимин.
- Хорошо, годится. Напиши, как мы служили.
- Да мне часа через 3-4 на вокзал надо, поезд уходит!
Но солдаты были подвыпившими, возражений слушать не хотели. В ракетных частях спирт дают, чтобы капать на контакты. Русский солдат находчивый, зачем капать, только кисточкой помажет осторожно. Ракета и так полетит, куда она денется. А спирт останется для поднятия боевого духа.
Пришедшая группа военнослужащих уже прилично его подняла, и ей хотелось поэзии. Владимира Тимина силой затолкнули в каптерку и заперли, предварительно налив граненый стакан спирта и накрыв его ломтем хлеба с жареной треской.
Сказали, когда напишешь, три раза стукнешь, мы тебя выпустим. А не напишешь, хоть до утра стучи, не откроем. В такой ситуации и не поэт бы написал, и Владимир Тимин не посрамил коми край. Его стихотворение называлось «Ребятам из сорок третьей армии дальней авиации». Он до сих пор помнит его наизусть. Потом на русском языкепрактически не писал.

Я служил в сорок третьей армии,
Потому что любил всё новое.
И приказ, выполняя с парнями,
Только с песней ходил в столовую.
За морями под свист фантомов
Намекали на мощь президенты.
Мы смотрели на мир с эшелонов
И багаж прикрывали брезентами.
Ковыряли пески лопатами,
Молча чистили автоматы.
Для себя мы были ребятами,
Для других мы были солдатами.
Я люблю вас громилы тощие,
Современники Хемингуэя
В мировые идеи вросшие,
Все решающие, не краснея.
В меру резкие и тактичные,
Отвергающие громкие фразы,
Некрасивые, симпатичные
И влюбленные в модные джазы.
Восхищенные глянцем журналов,
Пусть там несколько все и сужено –
От экзотики Сенегала
До прекрасных ножек француженок.

Эти строчки потом многие солдаты переписывали и посылали в разные города и деревни свои знакомым. О ракетах говорить было запрещено строго-настрого, поэтому поэту в своем произведении пришлось ходить как бы вокруг да около этой темы. Часть специализировалась на межконтинентальных ракетах. Это такие громадины! Как вспоминает Владимир Тимин: «А мы их пуляли куда-то, не знаю куда».
Tags: Тимин
Subscribe

  • Сила к смерти

    Сила к смерти То, что нас не убивает, делает сильней. Нас не убило одно, не убило другое, не убило третье. Нас всё время что-то не убивает. Мы…

  • Сон

    *** Мне сегодня приснилось, что умер Андрей Макаревич. Точнее, что диктор телевидения с глубокой скорбью сообщает о кончине известного музыканта.…

  • Секреты загара

    Видел, как люди загорают на кладбище - на Смоленском кладбище в Санкт-Петербурге. Если кладбищенской земляники крупнее и слаще нет, то и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 8 comments